Как сложилась система
В 1971 году администрация президента США Ричарда Никсона отвязала доллар от золота и начала создавать новую финансовую архитектуру, в которой мировые центробанки держали резервы в американской валюте. Эта схема прошла первую проверку в ходе ближневосточного нефтяного шока 1973 года, когда арабские страны ввели эмбарго на поставки нефти в государства, поддерживавшие Израиль во время войны Судного дня. На следующий год министр финансов США Уильям Саймон прибыл с визитом в Саудовскую Аравию, где предложил покупать саудовскую нефть за доллары. Эти доллары затем вкладывались в американские финансовые инструменты — в первую очередь в государственные облигации.
Так был рожден петродоллар — система, где американская валюта обеспечивала торговлю самым важным ресурсом в мире. Благодаря петродоллару страны Персидского залива не только стали намного богаче, но и сконцентрировали у себя колоссальные финансовые ресурсы, которые физически не могли быть реинвестированы в маленькие национальные экономики этих государств. США, в свою очередь, благодаря этой схеме могли финансировать свой хронический торговый дефицит. В то же время слишком сильный доллар даже на фоне такого дефицита спровоцировал перенос множества производств из США в Восточную Азию (в первую очередь Китай) и в меньшей степени в Латинскую Америку и Европу.
В свою очередь, сама долларовая торговля нефтью превратилась в комплексную систему ценообразования и страхования от многочисленных рисков. Система работала настолько надежно, что никакого серьезного разговора о ее замене или корректировке не велось десятилетиями. Да и мероприятие это казалось трудновыполнимым.
Проблемы пришли с нескольких направлений. Во-первых, США во второй декаде XXI века обнаружили, что в принципе могут обойтись без нефти с Ближнего Востока. В связи со сланцевой революцией их собственных запасов оказалось достаточно не только для внутреннего потребления, но и даже для экспорта. Вследствие этого события политические связи между Эр-Риядом и Вашингтоном заметно ослабли. Во-вторых, глобальный кризис 2008 года показал, что финансовая система Европы и Северной Америки не такая уж и крепкая — спасло ее только крупнейшее по масштабам в истории государственное вмешательство, а затем десятилетие сверхнизких ставок. В-третьих, США начали превращать доллар из нейтрального, удобного средства расчетов в оружие при помощи санкций. Апофеозом стала заморозка сотен миллиардов долларов российских резервов после начала конфликта на Украине. Все эти обстоятельства заставили участников схемы петродоллара озаботиться возможными альтернативами.
Начала складываться новая — двойственная — схема: большая часть нефтяных транзакций по-прежнему осуществляется в долларах, но продажи России, Ирана и Венесуэлы в ряд стран, включая Индию, Турцию и Китай, номинируется в других валютах, среди которых преобладает китайский юань. Эти схемы далеко не беспроблемны, но, по крайней мере, иллюстрируют возможность того, что на мировом рынке можно работать и по-другому.
В ноябре прошлого года председатель Китая Си Цзиньпин посетил Саудовскую Аравию, где пообещал закупать у арабской страны больше нефти, но при этом выразил желание, чтобы сделки оплачивались в юанях. Сейчас королевство устами своего министра финансов заявляет, что не против отработки такой схемы и вообще настроено наращивать финансовое взаимодействие с самыми разными крупными покупателями своих углеводородов — Индией, Турцией, Египтом и другими. Речь, таким образом, идет о диверсификации саудовских инвестиций, которые ранее концентрировались на надежных и стабильных целях в США.
Процесс запускается
Что может означать хотя бы частичная «дедолларизация» внешней торговли Саудовской Аравии? Сейчас аравийский риял привязан к доллару, тогда как в случае начала альтернативных продаж схема может смениться на привязку к корзине валют. Таким образом работает, кстати, финансовая система другой страны Залива — Кувейта. По мнению многих аналитиков, это может стать началом конца петродоллара, а значит, и долларовой «непомерной привилегии». В частности, так высказывался экономист Галь Люфт, руководитель вашингтонского Института анализа глобальной безопасности. Он отмечал, что нефтяной рынок, да и вообще рынок сырьевых товаров, является страховкой для статуса доллара как резервной валюты и если этот кирпич вынуть из стены, она может рухнуть целиком.
Впрочем, пока далекоидущие выводы делать не стоит, считают опрошенные «Известиями» эксперты. Желание Саудовской Аравии диверсифицировать свою торговлю и свои вложения понятно, но в одночасье петродоллар не исчезнет.
— У Саудовской Аравии и КНР в последнее время действительно увеличились торговые обороты и сотрудничество в экономике. Однако даже китайский юань в ближайшие годы вряд ли составит серьезную конкуренцию доллару или евро, поскольку в глобальном масштабе изменения в структуре валютных сбережений происходят медленно. Доверие к валюте зарабатывается десятилетиями. В данном случае Эр-Рияд пошел навстречу Пекину, стараясь действовать в максимально комфортных для китайцев условиях, то есть получая за проданную нефть юани. А китайская валюта, хоть и не ведущая в мире, но может легко обмениваться на доллары или евро, — отметил аналитик «Финам» Александр Потавин.
— Такая практика в определенных масштабах возможна, — считает главный аналитик Teletrade Марк Гойхман. — Однако ощутимый удар по доллару это вряд ли нанесет. Подобные сообщения появлялись и ранее. В частности, об использовании юаня в данных операциях СА с КНР заявлялось и в марте 2022 года. Позиции американской валюты это не пошатнуло. Снижение роли доллара в мире происходит, но очень медленно.
Он добавил, что даже если предположить, что Китай и иные страны-импортеры станут в большей степени использовать нацвалюты, то Саудовская Аравия всё равно будет продолжать в основном конвертировать их в доллары. Поскольку ее закупки осуществляются главным образом в данной валюте. Отношение счета текущих операций СА к ВВП составляет порядка 6,6%, примерно столько же, сколько и у России было год назад (6,8% на декабрь 2021-го).
— Таким образом, спрос Эр-Рияда на доллары мало изменится. Кроме того, ослабление американской валюты невыгодно Саудовской Аравии, которая держит именно в ней большую часть своих золотовалютных резервов, составляющих примерно полтриллиона долларов.
Соответственно, можно предполагать, что хотя очередной щелчок доллару демарш саудитов может нанести, но тектонические сдвиги не вызовет, — заключил собеседник «Известий».
— Доллар действительно постепенно сдает свое доминирующее положение в мире, — констатировал Потавин. — Согласно данным ежемесячного бюллетеня системы SWIFT за ноябрь 2022 года, доля евро в международных расчетах составляет около 36%, доля доллара США за месяц еще немного снизилась и составила 41,4%. Обе эти валюты продолжают лидировать в мире глобальных расчетов. Юань сохраняет позицию пятой валюты для глобальных расчетов с долей 2,37%. В целом такая динамика говорит о том, что развивающиеся страны и их валюты догонят развитые, но это крайне медленный процесс, который может развиваться десятилетиями, а может и столетиями.
